Байка о том, как я шпионский камень нашел

Было это, если не ошибаюсь, в начале 2006-го. Посмотрел я как-то один интереснейший фильм. Назывался он, кажется, «Шпионы», снял его достаточно известный тележурналист, специальный корреспондент телеканала «Россия» Аркадий Мамонтов.

Рассказывалось в фильме о том, как английские шпионы пытаются помешать вставать нашему государству со своих суверенных колен. А в свободное от шпионажа время шпионы финансируют правозащитников и прочую «пятую колонну».

Но более всего меня заинтересовал способ, которым отечественные предатели пересылали информацию своим наймитам.

Вот что значит — профессионализм!

Был бы, скажем, шпионом я — как бы я поступил? Да очень просто. Взял бы шпионскую информацию, зашифровал бы какой-нибудь супер-пупер шифровальной программой. Потом взял бы большую порнокартинку и с помощью другой специальной программы (это называется заграничным словом «стеганография») спрятал бы в картинке текст. И эту картинку вместе с государственными секретами я бы из интернет-кафе отправил бы на e-mail главного редактора порножурнала из Занзибара, под личиной которого уже который год скрывается вышедший на пенсию Джеймс Бонд.

Но реальные шпионы не ищут легких путей.

Они устанавливают в центре столицы нашей Родины специальные камни, напичканные заграничной электроникой. Подходит, скажем, к этому камню наш российский предатель, достает из кармана микрокомпьютер — и передает в камень результаты своей деятельности. А потом шпион, официально числящийся сотрудником британского посольства, приходит к шпионскому камню с казенным покетбуком для того, чтобы всю секретную информацию скачать и отправить на свой буржуйский Запад.

Впрочем, история эта достаточно известна, а ежели кому неизвестна — посмотрите фильм Мамонтова.

И вот через пару дней после просмотра фильма иду я на работу. А на углу улиц Красноармейская и Октябрьская я вдруг останавливаюсь, увидев в угловом скверике странную конструкцию: на двух толстых металлических трубах висит огромный камень размером примерно два на четыре метра.

Вообще-то, мимо этого камня я часто ходил, но до просмотра фильма ни о чем плохом не задумывался. А тут — меня как будто толкнуло что-то: камень-то размещен метрах в пятидесяти от областного военкомата!

Достаю я фотоаппарат и начинаю фотографировать. А оглянувшись, вижу еще более волнительное — посреди тротуара открыт какой-то люк, в нем сидит мужик и держит в руках оч-ч-чень подозрительный прибор.

Я, конечно, все это сфотографировал: мужика с прибором на фоне камня, шпионский камень на фоне военного комиссариата. И придя на работу, тут же накатал сообщение о преступлении в Управление федеральной службы безопасности: так, мол, и так, фильм посмотрел, камень обнаружил, мужик, дескать, подозрительный — словом, прошу возбудить уголовное дело по выявленному мной факту шпионажа по статье 276 Уголовного кодекса России.

В Управлении ФСБ меня встретили как-то странно, как будто не привыкли они к искренней готовности наших граждан разоблачить агентов иностранных разведок.

— Дмитрий Александрович, — спрашивает меня тамошний следователь Сергей Васильевич (фамилию его я, понятно, не назову: рано еще раскрывать бойцов невидимого фронта), — а почему вы решили, что это шпионы?

Тот самый камень (белый домик вдали за кустами — облвоенкомат)

— Да вот, — говорю, — фильм мамонтовский посмотрел, и враз все понятнее стало.

— А вдруг, — испытывает следователь меня, — это никакой не шпион?

— Шпион-шпион, — не сдаюсь. — Прибор у мужика явно не наш, да и камень рядом с военкоматом. А в военкомате — это всякий знает — хранятся все оборонные секреты нашей Родины. И опять же, Мамонтов свой фильм не зря показал…

Задумался следователь-чекист и вручил мне официальное уведомление о приеме сообщения о преступлении.

Потом о моем патриотическом поступке все орловские газеты написали: дескать, так должен поступать каждый…

Ну, а Сергей Васильевич потом меня малость успокоил. Он тоже в кабинете не сидел, большую работу провел. Сначала выяснил, что это за камень, оказалось, что это устанавливают памятник жертвам радиационных катастроф. У архитектора, который этот памятник придумал, объяснения взяли, у бригадира — оба в один голос поклялись, что ни какой шпионской аппаратуры в камне нет. Говорят, даже ренгеном ФСБшники просвечивали! И мужик из люка никаким не шпионом оказался, а рабочим с телефонной станции: его через АТСовскую службу безопасности отыскали и тоже письменные объяснения взяли.

Так что вынес следователь официальное постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по факту шпионажа.

Ну, а камень этот до сих пор на трубах около военкомата висит. Его, правда, малость облагородили, в сизо-красный цвет покрасили.

Сейчас его в народе «Печень Строева» называют…

Буду благодарен за любые комментарии